[footnote=Текст сноски новый]Слово[/footnote]

[footnote=Большое объяснение|_nb]Еще одна сноска[/footnote]

Первые разумные существа не видели разделения на священное и мирское, все вокруг жило, дышало, обладало духом и волей. В основе этого мироощущения лежит понятие фатума – всеобщего закона судьбы, что правит даже богами и является единственной константой мироздания. Многочисленные боги и духи – воплощение самой природы, колоссальные, безличные силы, проявляющиеся во множестве малых сущностей и явлений, но все они подчинены высшему порядку. Прежде чем к небесам вознеслись башни храмов, философы измыслили сложные догмы, а жрецы начали записывать священные тексты, была изначальная пустота – Бездна. Ее вечное молчание было нарушено первым актом самопознания, а оглушительный крик породил первый порядок и положил начало великому полотну судьбы. Любой из культов старых богов – память мира, эхо времен, когда не читались границы между материей и духом, и разумные существа чувствовали свою связь с этим изначальным замыслом.

Различные языческие культы пережили рождение и гибель цивилизаций, подъем и падение империй, в чьих мифах предсказаны в том числе грядущие катаклизмы. Пока дует ветер, течет вода и растет дерево, пока живущий чувствует трепет перед грозой или умиротворение в тишине леса, дыхание старых богов не умрет. Они были первыми, они – сама основа и вечный шепот мира. Потому язычество – не религия, созданная разумом, это первородное чувство, изначальное знание, вшитое в саму ткань бытия. Все культы так или иначе объединены общей основой: признанием верховной власти фатума и существованием нескольких кругов божественных сил. Эта основа включает [footnote=древнейших порождений Бездны, чья мощь способна рождать и гасить звезды]хтонических богов[/footnote], [footnote=их детей, олицетворяющих дикие, необузданные стихии и саму магию]старых богов[/footnote] и [footnote=защитников и покровителей смертных, что смогли подчинить или обмануть древние силы]новых богов[/footnote]. Над всеми властвует судьба, чей узор определяет даже участь божеств. Величайшие мифы, общие для многих народов (к примеру, жертва Эстариса), говорят об одном: против цепей предназначения не властен никто, и цена порядка в мире – вечная бдительность и готовность к самопожертвованию.

У язычников нет священных текстов, застывших в догме, централизованной церкви или иерархии. Вера в старых богов своя у каждой общины – это бесчисленные местные традиции, передаваемые из уст в уста. Локальность обусловлена древнейшей связью народов с их родиной, а знание каждого ручья, тропы, опасного омута – это знание характера местных покровителей, основа выживания. Диалог с духами и богами есть стремление познать волю судьбы: гармония с ее потоком дарует процветание, а попытка нарушить его ведет к хаосу.

Верующие общаются со старыми богами напрямую: созерцая природу, вслушиваясь в шум ветра; через медитацию и трансовые состояния; во снах, где духи являются в образах и предупреждениях; через знамения в мире вокруг. Ритуалы язычников редко бывают абстрактными, они имеют ясную, земную цель: обеспечить удачную охоту, богатый урожай, защиту от бури. Это не слепое поклонение, а уважение, благодарность и взаимный обмен с теми, от кого зависит хрупкий порядок в вечном противоборстве высших сил.